ЛЕНИН ПРОТИВ НАЗВАНИЯ ПАРТИИ — КПРФ

  1. большевистская

Название материал может вызвать иронию, между тем с названием партии у Ленина были серьезные проблемы. 

История названия партии – одна из странностей, которая преследовала партию во всю её историю. Странность первая заключается в том, что она получила название коммунистической только в 1918 году. До этого она назвалась социал-демократической (РСДРП).

Важное было ещё в том, что название было … двойственным и противоречивым: был «привесок» — «большевиков».

Заметим, что это единственная последовательность, маркировка партии, которая сохранилась аж до 1952 года и «большевиков» убрал из названия Сталин. То есть это название самое изначальное из всех и сохранялось почти столько же, сколько и коммунистическая – с 1903 года по 1952 год – то есть чуть не полвека! Иначе говоря, с гораздо большим правом её можно было бы назвать большевистской

Это первая причина, почему партия взяла не своё название.

Вторая причина – в причинах её названия в 1918 году. 

 

  1. апрельское переименование

Несмотря на то, что название было принято в 1918 году, впервые озвучено оно было в известных апрельских тезисах («Задачи пролетариата в нашей революции») в главке «Каково должно быть научно-правильное и политически помогающее прояснению сознания пролетариата название нашей партии?»

Зададимся некоторыми вопросами:

Цитата 1. Перехожу к последнему, к названию нашей партии. Мы должны назваться Коммунистической партией,— как называли себя Маркс и Энгельс.

 

Вопрос: Почему же организация, основанная на «Манифесте», не называлась так изначально?

Ответ Ленина: «Мы должны повторить, что мы марксисты и за основу берем «Коммунистический Манифест», извращённый и преданный социал-демократией по двум главным пунктам: 1) рабочие не имеют отечества: «защита отечества» в империалистской войне есть измена социализму; 2) учение марксизма о государстве извращено II Интернационалом.

 

Вот ответ: социал-демократия  — предала. Но чем? Отказывается тем, что поддержала Отечество в Первой мировой войне. Это стало «изменой». Второй Интернационал тем самым предал интересы революции.

Хорошо. Но почему один пункт поставил крест на всей идеологеме социал-демократии и даже Интернационала? Не правда ли странно?

Еще более странно то, что социал-демократия предала социализм. То есть всё-таки социализм – нужен? Если так, то почему отказываются от названия?

Оказывается, есть другие основания, которые почему-то не замечались ранее!

 

Цитата 2: «Название «социал-демократия» научно неверно, как показал Маркс, неоднократно, между прочим, в «Критике Готской программы» 1875 года и популярнее повторил Энгельс в 1894 году.

 

Вот что. Оказывается, с 1903 года по 1917 РСДРП жили … не по науке. Интересно, как это так? Учение двигала ненаучная организация?

Нет сомнения, что опыт был осмыслен и ошибки сняты. Как же они снимаются? 

 

Цитата 3: «От капитализма человечество может перейти непосредственно только к социализму, т. е. общему владению средствами производства и распределению продуктов по мере работы каждого. Наша партия смотрит дальше: социализм неизбежно должен постепенно перерасти в коммунизм, на знамени которого стоит: «каждый по способностям, каждому по потребностям».

Таков мой первый довод».

 

Поразительная, даже заразительная логика.

  1. Ненаучное название заменяется весьма научным – коммунизмом, который будет только в будущем! Конечно, ведь это нельзя проверить. Но ясно, что в названии закладывается уже не ненаучность, а прямой фантом, вымысел, предположение!

При этом Ленин отказывается от промежуточного понятия «социализм» как ненаучный, временный. Но ведь именно на тот момент на 1917-18 год организация стояла именно на этапе социализма. Почему же его назвали ненаучным?  

  1. Дальше — больше. Открытия следуют за открытиями, озарения за озарением. Оказывается и второе имя, которое они носили тоже ненаучное, неправильное! Мы выделим самое интересное.

 

Цитата 4. «Второй: научно неправильна и вторая часть названия нашей партии (социал-демократы). Демократия есть одна из форм государства. Между тем мы, марксисты, противники всякого государства.

Вожди II (1889—1914) Интернационала, г. Плеханов, Каутский и подобные им, опошлили и извратили марксизм.

Марксизм отличается от анархизма тем, что признает необходимость государства для перехода к социализму, — но (и в этом отличие от Каутского и К.) не такого государства, как обычная парламентарная буржуазная демократическая республика, а такого, как Парижская Коммуна 1871 г., как Советы рабочих депутатов 1905 и 1917 годов.

 

Так почему же не нравилась социал-демократия, если именно она и стояла на повестке дня – со всеми вытекающими составными – самоорганизацией «снизу»? Почему Ленин оказывался от того, что есть, для того, что нет?

 

Цитата 5: Мой третий довод: жизнь создала, революция создала уже на деле у нас, хотя и в слабой, зачаточной форме, именно это, новое «государство», не являющееся государством в собственном смысле слова.

Это уже вопрос практики масс, а не только теория вождей.

Государство в собственном смысле есть командование над массами со стороны отрядов вооруженных людей, отделенных от народа.

Наше рождающееся, новое государство есть тоже государство, ибо нам необходимы отряды вооруженных людей, необходим строжайший порядок, необходимо беспощадное подавление насилием всяких попыток контрреволюции и царистской и гучковско-буржуазной.

Но наше рождающееся, новое государство не есть уже государство в собственном смысле слова, ибо в ряде мест России эти отряды вооруженных людей есть сама масса, весь народ, а не кто-либо над ним поставленный, от него отделенный, привилегированный, практически несменяемый.

 

Махновщина – вот оказывается эталон для Ленина!

Отметим, что во всех перепетиях именований остается одно – самое что ни на есть научное название – большевиков. Вот как: большевизм пережил всех – и социализм и демократию.

Но это не всё. В этом социализме Ленин умудрился найти технологию отмирания государства.

 

Цитата 7: «Слово демократия не только научно неверно в применении к коммунистической партии. Оно теперь, после марта 1917 года, есть шора, одеваемая на глаза революционному народу и мешающая ему свободно, смело, самочинно строить новое: Советы рабочих, крестьянских и всяких иных депутатов, как единственную власть в «государстве», как предвестник «отмирания» всякого государства».

 

Так Советы это уже не демократия? Она поблекла перед версией непосредственной власти вооруженных «масс»?  

Бред да и только.

 

Наконец повторим:

Цитата 8: «Мы должны повторить, что мы марксисты и за основу берём «Коммунистический Манифест»

 

Так вы марксисты или коммунисты? Если жили до этого по марксизму без всякого коммунизма, то сейчас, в апреле, что изменилось? Особенно если впереди – процесс уничтожения государства через создание Советов.

На какой основании Ленин берет это название: ни научного, ни практического, ни традиционного поводов этому не было!  

Вообще интересный получается эффект: из трёх слов названия РСДРП (б) объявлены ненаучными два, а научным, не подвергнутом критике, одно – большевиков. Очень научно получилось.

Непонятно до сих пор, почему партию Ленин не назвал марксистской? Во всех смыслах более точное название.  

 

Выводы следуют такие: Ленин совмещал коммунизм с уничтожением государства. Более того: коммунизм для него и есть уничтожение государства.

В таком случае: 1. Партия, которая признаёт государства, по версии Ленина, теряет право называться коммунистической. КПРФ сразу становится таковой. 

  1. Если же будет доказано, что коммунизм ничего общего не имеет с антигосударственностью, поскольку государство – одна из форм (но не единственная) единства – тогда что?

 

Но понятно одно: 1. Ни по ленинскому ни 2. по имманентному определению КПРФ никакого права не имеет носить этот Имя.

То есть Ленин был бы сегодня первый, кто распустил КПРФ, отнимая права на именование. 

 

Но для Ленина и КПРФ остается компромисс: назвать партию так, как она начиналась и, по сути, утверждалась – БОЛЬШЕВИСТСКОЙ.