ГЛАВА 5. ЕДИНОЕ – НЕ ЕДИНСТВЕННОЕ И НЕ ЕДИНИЧНОЕ

  1. единственное

Омофония, пересечение корней – един-ого един-ственного и един-ичного — говорит о трудности в определении предмета и его акциденций, свойств. Слова однокоренные, но прямо противоположны по значению: единое – не единственное и не единичное, а единственное – не единичное. 

Действительно один корень «един» у слов фактически с противоположным значением. Говорит о том, что единство явление очень динамическое и многопревратное.

Возникает необходимость понять, как единое перешло в единственное, и нет ли при этом необходимости переобозначить слово, к примеру, в «одинственное» — то есть переведя корень «единый» в корень «одиный», что больше соответствует содержанию слова при подчеркивании одиницы.    

Несмотря на то, что корень с начальным «о» непривычен для нашего сознания, он ближе всего к значению.  

Но тогда возникает вопрос о судьбе слова «единственный». Если он заменяется словом «одинственный», то его судьба подвергнуться утилизации, чтобы не создавать двусмысленностью препятствия. Что его может спасти, пока неясно. 

То же самое может произойти со словом «единица». В силу того, что она обозначает отдельное одно, оно, конечно же, будет обозначаться словом одиница – от корня «один».  

 

Несомненно возражением будет то, что единица – происходящая от единого, несет объединение качеств в себе, поэтому она единица – то есть объединяющее в себе нечто одно.

Тогда надо определиться, что в конечном итоге, будет характеризовать категорию – одно или единое?

Если единое закончило развитие – то одно, если нет, то и одного нет, тогда нет ни того, ни другого. Получается, категория одного предполагает внутренне единство, причём подлежащее доказательству. Что здесь главное – констатация одного или  его единства?

 

  1. единственное против одинственного

Что важнее подчеркнуть в категории – единство внутреннее или отделённость одиничности?

Несомненно – одиничность, отделённость.  

Уже вторым этапом может быть открыт вопрос о доказательстве его внутреннего единства.

Но не наоборот! Мы не можем доказывать единство того, что ещё не выделено и обрело пределы. Это значит единство, во-первых, не тождественности одинакости, более того, у единства нет задача дать одно, его задача доказать в одном себя. А значит – это принципиально, — единство работает на Порождающую категорию Единства, а не на одно, то есть Одно.  

Это значит ей незачем переходить в обозначение противоположного и инородного, ей есть смысл в доказательстве только себя, а значит она не будет претендовать на статус одиничности. Это значит, единичность не будет биться за статус одиницы. То есть единичность как отделённое одно проще подавать понятие одиничность, а понятие единичность просто утилизировать.

Это крайне важный вывод о размежевании категорий – они противоположны, а значит переходить границы друг друга нет смысла. Тем более справиться с размежеванием порождающих позволяет всего лишь одна буква в слове. Разве что трудность появляется в том, что придётся это размежевание зафиксировать в словарях и энциклопедиях.

Это размежевание провести крайне важно, чтобы одинственное не могло заявить об априорном единстве у себя. Это уже не его прерогатива.

 

  1. утилизация понятия единственности

В силу крайней распространенности и привычности категории утилизация будут иметь долгую историю множество штрафных процессов. Но это явление нормальное, потому что в ракете никто не будет держать дефектный элемент, который мешает решению задачи. Если категория единственного становится категорией одинственного, то первое утилизируется. 

 

  1. судьба единичного

Единственное – отделённое одно — хорошо заменяется понятием одинственного.

Это хорошо. Но так ли это происходит в категорией единичного – крайне распространённой категорией в истории мысли.

Сначала определим различие и взаимную корреляцию понятий единственного и единичного.

Корень один. Но если первое слово явно тяготеет к категории Одного, то единичность нет. Если тяготение есть, то более спорное. Но на этом необходимо построить окончательное разделение категорий Единого и Одного, чтобы на смешении акциденций не строились фундаментальные спекуляции.  

Итак:

  1. единственное – как одинственное – категория обобщения одного, то есть Принципа, который есть многое одинственности.

Единственное – выделение Принципа Одного из хаоса. То есть это имя общего принципа одного, куда входит много одних.

  1. Единичное – частное одно (или частность Одного), получается, оно должно называться одиничное.

Всё встаёт на свои места.

 

  1. единственное как уникальное.

Сбивает с толку нашу логику только приросшее значение уникальности (единственное, что вы можете сделать, это …») к понятию единственного.   

Это значение на самом деле вполне ненужно и вредное, поскольку вводит в заблуждение о существовании этого значения – уникальности.

На самом деле замена единственное что» на «одинственное что» дело привычки, но тем не менее распространенность слова в этом значении, особенно в поэтическом мире («единственный ты мой»), создаёт трудности.

В этом случае нужно просто настоять на размежевании и оставить «единственный» как уникальный в качестве архаического поэтизма, вроде «персей» и «ланит».