ГЛАВА 7. ОТ ЛОГИКИ МНОЖЕСТВА К ЛОГИКЕ ЕДИНСТВА

  1. причина необходимости единства

Единство – одно из самых неясных, запутанных, непроявленных, а потому и спорных абстракций в мысли и в мировой практике. Одновременно с этим это одно из самых востребованных концептов и явлений. Разобраться с причиной востребованности единства – задача этой главы. 

Единое возникает в момент исчерпанности того, что ему противостоит – неединому разъединенному.  Разумеется, вопрос, а почему необходимо преодолевать, снимать неединое, разъединённое, раздельное?

Любое раздельное не может порождать, оно не субъектно. Ни один камень, лежащий в болоте, не сможет стать частью дома, — величины порождающей, если не преодолеть его отдельность. Это значит всё раздельное многое, по сути, мёртво, безжизненно, и неспособно к усложнению. Есть такое понятие, как «пустое множество» — понятие, говорящее о том, что множество не обладает порождающей продуктивностью, говоря по бытовому, это мусор.

Сама логика многого, приходя к логике множества – простого собрания многих – для взаимоопределения, взаимоотрицания, говорит о том, что сама она преодолеть себя не может. Необходимо противоположное – что снимет многое.  

В преодолении многого заинтересованы и другие порождающие – размножение мусора – и логического, и физического — есть огромная проблема: безжизненное не только будут существовать, но и распространяться.

 

Итак, причина востребованности единства – в угрозах и невозможности многого преодолеть самое себя, поскольку каждый элемент многого, настаивая на себе, неделимом, делает бессмысленным всё многое. Действительно, если в сто камней, которые идут в фундамент хаты, необходимо будет внести булыжник в тонну, то все 99 камней будут просто бессмысленны – один булыжник поставит крест на фундаменте. И ели каждый элемент множества будут настаивать на своей неделимости – да так, что его нельзя будут даже сколоть для вхождения в паз, то и 99 камней будут тоже ни к чему.

То есть  единство в первую очередь настаивает на делимости частей многого.

Но если мы из многого в 100 камней уберём это булыжник, то есть проведем членение многого, то 99 камней могут составить множество – то есть единое многое. И тогда объединение станет усложнением первого порядка и даст фундамент, где многое станет законным множеством.

При этом единое – это не камни, а связующий эти камни компонент – это может быть, как в древности, ловкая укладка – грани к грани, чтобы одна грань держала другую, или – посовременнее — цемент.  

Получается несколько важных выводов:

  1. Объединение – это не собрание всего подряд в кучу. Множество – это не куча. Первично в объединении многого – выбор и отбор из него во множество.
  2. Единое – по сути, размежевание, даже разрушение пустого многого – путем превращения многого в сумму отобранных одних.

Заметим, что единство начинает работать на две категории – на Многое и Одно. Оно востребует и то и другое, снимая противоречие многого – выводя его из пустого состояния во множество – наполненное суммой одних.  

Таким образом, единое работает на первом этапе как разделитель – многого на сумму одних и остаток многого.  

Иначе говоря, Единое требует от Многого дать Одно в виде суммы одиниц и остаток в виде пустого множества, которое, тем не менее, может иметь временный характер. 

Это значит, что Единое – не та мягкая, гуманитарная, категория, это в первую очередь, категория отделения, разделения, а потом уже со-единения избранного качества. 

В этой негативности начинается порождающая субъектность категории Единства.