ПРОБЛЕМА КОЛЛЕКТИВА В СВЯЗИ С КОММУНИЗМОМ

  1. коллектив прежде всего?

Вместе с коммунизмом из практики выбросили коллектив. Коллективное начало объявлено было порочным, нерентабельным, антииндивидуальным, подавляющим, армейским – и проч. и стало меткой проклятий как раз в сторону коммунизма. И это несмотря на то, что коллективное начало стало мощным и продуктивным. Получается, каждый пострадал от каждого – коммунизм от коллективизма, а коллективизм от коммунизма.

Но возник парадокс: если коммунизм умер, то потребность в коллективе повсеместна. Ни одна фирма, ни одно мероприятие не обходится без коллективного начала. Не значит ли это то, что повсеместна потребность в коммунизме?

Нам предстоит разобраться в том, а связаны ли коммунизм и коллективизм? Может быть, связь придумана, надумана? Не окажется ли, что неудачные практики того и другого дискредитирует и то и другое. Известно, что коллективизация 30-х годов сильно подорвала веру в коммунизм. Но является ли коллективизация коммунистическим явлением?

Далее, культ коллектива, выраженный в формуле «коллектив прежде всего», в советском изводе заключался в совместной работе. Но почему деревенская община со своей частной собственностью существовавшая эффективно и кормящая полсвета до революции не может называться коллективом? Какие отличительные признаки одного и другого можно предложить? 1. Село и там, и здесь – одно 2. форма работ – та же 3. люди те же 4. орудия труда те же 5. производительность та же. Что же меняется в коллективизации?  

Ответ: 1. отъём собственности для — 2. подчинения жизни села плану Государства. Но причём тут коллективное начало? 

Главный теоретический вопрос таков: можно ли назвать внешнее подчинение коллективизирующим началом?

 

  1. антикоммунистическая коллективизация

Обратим внимание, что именно коллективизация стала одной из причин антикоммунизма. Но причем тут коммунизм? Если государство отнимает собственность – причём тут коммунизм? Более того, причём здесь и коллективизм? Отъём и подчинение государству ни одно, ни другое не представляют.

То есть третье – этатизм, вмешательство государства, как раз разрушило коллектив и так же дискредитировало коммунизм. Причем если коммунизм был дискредитирован на перспективу (поскольку он был обещан в будущем), то коллектив уже сегодня и сейчас. 

Так этатизм дискредитировал коллективизм, чтобы тот дискредитировал коммунизм. А так как нужда и в том, и в другом сегодня возрастает, то дискредитируется и этатизм (государственность) как тиранический экспроприатор. 

Круг взаимной дискредитации замкнулся. Что в этом случае делать – вопрос.

Мы предлагаем начать различать все три идеологемы, чтобы вернуть их в актив, поскольку исторические версии перекосов, сломов, надломов и фальсификаций должны отойти в сторону, чтобы объявить оригинал. 

 

  1. аннулирование версий

Итак методика работы такова: мы очищаем понятие, на фоне которого становится понятно, что его историческая версия – искажение, где каждый использует каждого для прикрытия своего недостатка: отъём – как коллективирование, коллективирование как коммунизация. Это значит, нужно выделить понятие отъема и делегитимизировать его в рассматриваемых идеологемах.  

Напомним сразу, что советская практика использования понятия коммунизм была двойственной: с одной стороны, объявлялось, что коммунизм – дело будущего (Хрущев только обозначил 1984 год), с другой все практики шли под знаком коммунизации. И одна из таких практик была коллективизация, названная обобществлением, что является очередных теоретическим подлогом.  

 

Мы допускаем, что много теоретических ошибок было озвучено и внедрено в практику в силу скоротечности и молниеносности процессов. Но это не меняет дела: история не адвокат, а прокурор.