ОГОСУДАРСТВЛЕНИЕ И НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ НЕ ИМЕЮТ ОТНОШЕНИЯ К КОММУНИЗМУ

1.

Когда частная собственность передаётся государству, то это называется огосударствление. Причём тут Коммунизм – обобщение и объединение собственности? Огосударствление и Объединение (Обобщение) – разные вещи. Отметим сразу — в понятии объединения и обобщения нет никаких механизмов передачи её куда-либо, тем более необходимости или права на отъём (экспроприацию). Это значит, что право на отъём — понятие не коммунистические, а марксистское, а ещё более ленинское.

Ключевым аргументом против является то обстоятельство, что государство не воплощает Общее, а оно такая же часть Некоего Общего, как и частное лицо – человек, частный собственник. Только эти частности разные по размерам. Но суть одна и та же. Поэтому победить частную собственность укрупнением её невозможно по самой логике частности. А значит огосударствление – обман под прикрытием коммунистического лозунга. 

А если еще проследить, куда отнятая собственность идёт, то очевидно будет, что она идет в руки так называемого Правительства или политического органа, как в СССР, — ЦК партии. И тогда даже большая собственность – государственная – становится собственностью, под контролем очень узкого круга частных лиц. 

То, что контроль всё-таки не собственность, ясно, однако суть не меняется – государственную собственность невозможно сделать Общей.  И когда всем стало понятно, что общественные работы – это просто работа на государство, где оно хочет сэкономить (или где у него просто не получается), произошел слом. Сознания. Это происходило даже в школьной среде. Может быть, я был особенно вредный, но своей комсомольской даме задавал вопрос: вот мы насобирали металлолом, а куда он потом пойдёт и кто за нас получит за него деньги? – И когда я не получал ответ, а только обвинения в несознательности, приходило понимание лживости процесса. А уж тяжкое собирание морковки под Питером в студенчестве совсем доводило до отвращения: куда идет морковка, кто на ней зарабатывает? Ну если она идет в магазины, в столовые, за что расплачиваются, значит просто государство наживается на нас! Причем в тихую, под лозунги о труде во благо Общества. Отвратительная этатистская спекуляция на Коммунизме. 

Этот момент был замечен давно, еще со времен вовсе-не-великой-а-очень-пошлой Французской Революции. Обвинение в том, что государство не воплощает Общее, а фактически выступает захватчиком частной собственности в пользу себя, своего частного же интереса, было озвучено ещё тогда. Тогда же был придуман иезуитский термин «национализация».  

Надо сказать, это был (и остаётся) эффективный ход. Действительно, огосударствление как отъём в пользу Государства сильно отличался от отъема в пользу Нации. И для магической демагогии он вполне подходил. Разоблачить этот ход было сложнее, но как ни странно, проще: если держатель и распорядитель отнятой собственности в лице государства был понятен – Правительство, Партия, то Национализация в какой орган переправляет собственность? Очевидно, в то же государство. То есть легкий обман быстрее испаряется.   

 

Если же признавать огосударствление, вообще госсобственность явлением коммунистическим, то на сегодня у нас обнаружится великая масса коммунистов на земле – от США до Гондураса.

Суть огосударствления на самом деле проста: она является не классовой, а отраслевой коллизией: государству для исполнения своих обязанностей нужна своя собственность. Государственный вуз – государственные корпуса. Понятно. Логично. Но никто же не называет эту госсобственность коммунистической. И ни один студент не приходит в корпус госинститута как к себе домой.

 

2.

Отождествление коммунизма с государственностью, этатизмом стало главной фигурой разочарования масс в коммунизме. Ведь не секрет, что любая собственность олицетворяется фигурой собственника – в данном случае лидера государства. Но после Хрущева, который нараспоряжался от имени Государства так, что три раза спровоцировал заговоры против себя, отнял даже приусадебные участки, за что получил массу кличек и анекдотов, какое уважение после этого будет к огосударствлению? Никакого. 

 

3.

Надо сказать, что приключения собственности в сознании марксистов – целая история воспаленного сознания. Во всяком случае, сначала стараться уничтожить то, кому потом будет передаваться отнятая собственность – государство, — говорит о тотальной шизофрении – раздвоении сознания — марксистов. 

 

Там, где не подходило понятие огосударствления и национализации, использовалось другое святое понятие – коллектив и тогда изъятие называлось коллективизацией. Но об этом отдельный концепт.