Глава 4. МУЛЬТИПЛИКАТИВНЫЙ ФАШИЗМ

  1. одна рука

О природе фашизма – отдельный материал, но его постоянное воспроизводство наводит на мысль о том, что в 1945 году его не победили. Идеологию вообще трудно победить танками. Носителей можно, однако идеология способна воспроизводить и себя и носителей, если у неё есть воспроизводящее начало.   

Не вдаваясь в детали, остановимся на логике от обратного: если есть многое, multum, то должен быть способ это много связать или поместить в какую-то емкость, как сухие листья в мешок. 

Заметим сразу речь не идёт о воздействии на природное, упорядоченное – например, поместить дуб в мешок невозможно. Но тот же дуб можно перетаскать мешками, превратив его в порох опилок. Из природного дуба ничего не сделать, кроме дуба, а из его опилочной версии – что угодно. Это, кстати, важнейший момент в руках пропагандистов фашизма, которые заявляют, что любой предмет должен быть превращен в элементы, чтобы из него сделать нечто новое.  

Это значит, что расшинкованное, раздеталенное многое требуется связки, причем внешней, инородной.  

В этом суть фашизма – связать обезличенное, бессубъектное, пластилиновое многое в любое явление. Связок может быть много, форм много, но суть остается – это явление иноприродное многому, непластичное и жесткое – его задача стягивать многое в узел. Это можно наглядно изобразить как связку веток. 

Таким образом, видно, что многое связывается одним. Это одно – субъект, стягивающий многое.

 

  1. связанное – не упорядоченное

Это важный момент в природе фашизма: все начинается с освобождения частей от пут целого, упорядоченности, от логики природности, функциональности и даже субъектности, а заканчивается фашизмом – который собирает расшинкованные, потерявшиеся части для своей мультипликации. То есть фашизм становится последователем либерализма, а либерализм фактически создаёт условия для возникновения фашизма. Совсем недаром Муссолини озвучил свой главный парадокс: фашизм – революционное учение. Это многими не очень понималось, но с учётом того, что революция — одна из либеральных технологий сокрушения порядка, получается Муссолини сам признал роль либерализма в деле становления фашизма. 

Действительно такая логика имеет место: свободное быстро становится потерянным. А потерянное ищет хотя бы какого-то места и порядка и соглашается на любые условия хотя бы какой-то частью на любой вид – пусть мультипликационный – порядка. Фашизм дает ему мультипликативный эффект вместо порядка: одно и остальное многое, тот есть полное отсутствие порядка. Ведь сама длина прута делает его отношение одного и многого одномерным, а значит не имеющим порядка. Одномерность, однообразность, одинаковость как раз и есть формат фашизма в силу одномерности отношения к Связке.  

Причем не имеет значение количество связок по всей длине прута. Известно, что римские фасцеции имели несколько связок по долине прута. Это не меняло неупорядоченной мультипликативной природы прутьев. Связанное – не упорядоченное, это различие имеет фундаментальное значение, антагонистическое значение, показывающее, как либерализм приводит к крайней форме несвободы в фашизме и насколько фундаментально отличается отношение к многому в консервативной цивилизации системе и мультипликативном фашизме. 

Нельзя не отметить и символизм римских фасцеций, который заложен в понятие фашизма – это двойной топор, извечный символ примитивного насилия.